Игры с радиацией

Генри Шеппард (www.sheppard.ru)

Хакер, номер #089, стр. 089-036-1

Радиоактивная картонка низкого разрешения

Радиация - детям не игрушки. Херосима, Чернобыль, черепашки Нинзя и лейкемия - вот что бывает, когда лишняя пара килограммов оружейного плутония попадает не в те руки. У нашего приятеля Генри Шеппарда на этот счет есть другое мнение. Несмотря на кучу угроз со стороны специалистов МАГАТЭ и совбеза ООН, он все же раздобыл кусочек ядерной боеголовки, потер ее на терочке и изготовил радиоактивную картонку, которую теперь пытается продавать под видом монитора на митинском радиорынке.

«Тяжелая физика», которая связана в первую очередь с легкими частицами, как правило, вызывает отнюдь не легкую оторопь у новичка. Загадочные названия, неудобоваримые правила сведения формул и совершенно ненормальные прилагательные сбивают с толку даже самых стойких. Последний фактор, кажется, пугает больше всего: описывать очередную частицу как «красивую», «очаровательную» или «очарованную» - выше понимания среднестатистического человека. Но это такие же мелочи, как и полувековые попытки признания своего гения каждым физиком. Планк добился уважения только в предпенсионном возрасте, когда слава уже не радует. Супруги Кюри наверняка стонали под гнетом счетов от врача, который хоть и не знал ничего об облучении, но деньги, несомненно, любил. Известный каждому школьнику Резерфорд успел воспитать более полусотни учеников, но где теперь они - ау! Их имена знают только посвященные. Тебя это может впечатлить, а вот меня - нет. Проблема всех этих, несомненно, гениальных ученых заключается в полном непонимании основ менеджмента. Какая может быть польза от тяжелой формы лейкемии или других последствий облучения? В лучшем случае чисто медицинская и иногда политико-демографическая, но это уже входит в область преступлений против человечества.

Нас же интересует практическое применение радиации. Ты не «очитался»: на самом деле радиация страшна только в газетных заметках или на территории ядерных полигонов, где она заботливо культивируется. Но студентов, будущих талантливых членов общества, совершенно бессовестно заставляют с ней сталкиваться.

Например, вторая или третья классическая лабораторная работа для первокурсников на всех факультетах ФизТеха связана с подсчитыванием «космических» alpha-частиц. Дикость этих мероприятий можно описать парой слов: на протяжение 2-3 часов проведения этой экзекуции лабораторный зал оглашается звуками «мяу», «гав» и «ку-ка-ре-ку!». На самом деле радиация здесь ни при чем - уставшие студенты быстро делились на пары: при отлове очередной заблудшей частицы первый студент тут же озвучивал это событие мяуканьем или кукареканьем, чтобы второй мог поставить очередную галочку, не отрываясь от кроссворда. Данные сохранены с точностью до долей секунды, преподаватель рад четко рассчитанной работе, а студент после эйфории от первой сданной лабы начинает ломать голову: зачем это было нужно?!

На самом деле никакой пользы из этой процедуры я не вынес. Как студент, я понял, что посещение лабораторных работ чревато скукой, а непосещение - проблемами с деканатом, но все же технические возможности лаборатории щекотали нервы. Попытка устроиться охранником на полставки увенчалась успехом и дала возможность поподробнее поковыряться в технике 70-х годов. Первое впечатление: непревзойденный шедевр гигантизма! Второе - а что с этим делать? Третье - а почему это еще и так дорого и секретно?