ТАБА ЦИКЛОН

Даня Шеповалов (key@danya.ru)

Хакер, номер #087, стр. 087-190-3

- Правда? – с надеждой спросил профессор.

- Конечно! – успокоила его девушка. - Телевизоры тут абсолютно ни при чем. А вы столько всего теряете! Мне кажется, давно уже пора отменить школы и университеты. Самые ценные знания люди получают именно благодаря телевидению.

- Это какие же, например, ценные знания? – заинтересовался Быданов.

- Например... – Рита ненадолго задумалась, - ну, например, если ребенок случайно проглотит стиральный порошок или какое-нибудь чистящее средство, то его ни в коем случае нельзя отпаивать водой...

Быданов открыл рот, потрясенный новой информацией.

- Такого ни из одной книги не узнаешь, – продолжала девушка. – Вот в вашей книге, например, о чем написано? – Рита взяла с пианино монографию профессора. «Смерть Автора. Быданов Н. П.». Вот кому это все нужно? Занудство какое-то…

- А про что там написано? – спросил Тима.

- Про смерть автора, – охотно ответила девушка. - Что автор умер, и остался только один читатель, дескать, что хотел сказать автор – уже неважно, важна лишь интерпретация.

- Подожди-подожди! - остановил ее Тима. – Быданов, ты чего, серьезно так думаешь?

- Ну. Так, - как-то не очень уверенно ответил философ. - Это ведь не я придумал. Я систематизировал, что ли…

- Да ты о#@ел! – взорвался Тима. – Как ты вообще можешь думать что-то, если тебя самого придумали! Тебя Даня придумал, автор вот этого всего, а ты говоришь, что он умер?

- Я… Не знаю… Я… Меня…

- Что "меня"? – передразнил философа Тима. - Да знаешь, что Даня думает обо всей этой твоей смерти автора?

- Что? – оживился Быданов. Любое мнение по поводу его работы было профессору небезразлично.

- Он на нее х@й клал!

Рита демонстративно заткнула уши средними пальчиками и укоризненно посмотрела на Тиму.

- Как это? – удивился профессор.

- Очень просто. Без всяких интерпретаций, а по-настоящему, совершенно буквально – взял и положил на нее свой авторский х@й! Причем не очень чистый, потому что воду горячую отключили.

- У меня тоже отключили, – растерянно произнес философ.

- Неважно, – отмахнулся Тима. - Главное, что автор, о смерти которого ты написал, он и сейчас кладет на все это х@й. Вот, сам посмотри! – мальчик показал пальцем на монографию, которую Рита держала в руках. Вернее на сиротливое пустое пространство, которое девушка все еще обнимала пальцами. «СМЕРТЬ АВТОРА» куда-то исчезла. На пианино ее не было, на полу - тоже. Куда могла за одно мгновение испариться объемная монография, Быданов решительно не понимал.

- В общем, так, – Рита ласково положила руку философу на плечо. – Вы же теперь сами знаете, что делать?

- Что? Делать? – потерянно спросил профессор.

- Как это что? – Рита искренне удивилась непониманию философа. – Застрелиться, конечно же! Вот вам пистолет, – девушка расстегнула молнию на рюкзаке и достала оттуда красивый серебристый пистолет. Следом из рюкзака высыпалось на пол несколько крупных бумажек: какие-то иностранные деньги, на каждой купюре был изображен портрет приятной пожилой женщины.