Как розовый слоник и дурно-пахнущая
обезьянка Африку искали

mindw0rk (mindw0rk@gameland.ru)

Хакер, номер #072, стр. 072-154-3

Но розовый слоник устал и завалился на бок.

- Левое яйцо бы отдал, только чтобы напиться!

Не успел он договорить, как грянул ливень. Потоки капель низвергались с небес и падали в рот слону.

- Чудо! Чудо! – захлебываясь от воды, радовался слон и танцевал джигу. Внезапно острая боль пронзила его левое яйцо.

- ААА! АААА!!! – страшным голосом вопил озверевший мамонт. Он попал в капкан и корчился в муках.

- Дергай, дергай! – поддразнивал его пахучий гиббон, но слоник не соображал от боли. Наконец он рванул влево и освободился. Но левое яйцо осталось в металлических зубьях.

- Надеюсь, вода того стоила. – почухала череп макака.

Эту ночь они провели на верхушке столетнего тополя, подкрепившись еловыми шишками и трын-травой.

Расставание и встреча

Неделю и два дня скакали розовый слоник и дурно-пахнущая обезьянка по тайге, лесам и тундре. Измучались. Устали. Но они помнили про Африку и знали, что дойдут. Обезьянка совсем ссохлась и ползла пузом об землю, вгрызаясь ногтями в асфальт. Слоник стер ноги до основания и теперь отталкивался хоботом, цепляясь бивнем за ветви деревьев. И оба кровоточили.

На исходе девятого дня друзья увидели луг. И прямо в центре луга сидела молоденькая обезьянка, разжевывая банан.

- Какая фемина! – охнул дурно-пахнущий макак, подбежал к тетке и стал тереться мехом об ее щеки. Фемина отбросила банан и гладила возлюбленного по голове. Это была чертовски романтичная картина, слоник не успевал стряхивать слезы с глаз и высмаркивать мокроту с хобота.

- Друг! – торжественно начал гиббон, вернувшись к слону. И слон понял, речь будет важной.

- Так вот, друг! Я знаю, мы хотели вместе дойти до Африки. Но я встретил свою любовь. Сердце мое наполнилось медом от счастья, да и трахаться, знаешь ли, охота. Так что извиняй, мамонт, придется тебе топать одному.

- Ок. – только и мог выдавить слоник и грустно направился вдаль. Теперь он остался один. Совсем один. Совсем-совсем один. СОВЕРШЕННО ОДИН, ПОЙМИТЕ ЖЕ!!! И сердце его пронзали ржавые гвозди тоски. Слоник шел и от отчаянья бил себя одновременно хоботом по лицу, хвостом по жопе и ушами по черепу. Как вдруг в миллиметре от его тела просвистело копье. Потом еще одно! И еще! День превратился в ночь от обилия копий в атмосфере. Это были индейцы из племени Махакачу, что в переводе с индейского – «те, кто не оставляют слонов в живых». Слоник сразу почуял беду. Работая бивнями, он выкопал окоп и, спрятавшись в нем, стал кидаться в краснолицых грязной грязью. Много индейцев погибло в этой неравной схватке. Включая детей и беременных женщин. Свирепый мамонт никого не пощадил. И когда вокруг были уже лишь трупы, слоник вылез из бомбоубежища и протрубил хоботом слоновью песнь победителя.

- Неплохо, неплохо! – раздался из-за слоновьей спины до боли знакомый голос.

- ОБЕЗЬЯНКА!!! – радостно взвизгнул слоник и принялся обнимать, целовать, массажировать друга. – Но я думал ты…

- Забей. С ней покончено! У нее волосатая грудь.

Африка!

Слоник и обезьянка многозначительно переглянулись и, взявшись за ручки, пошли в сторону Африки. Они шли день. Неделю. Месяц. Год. Они шли целых десять лет. Со временем их компания разрасталась. У слоника и обезьянки появились дети, потом внуки. К ним присоединялись другие животные, которые заводили свои семьи. Все они мигрировали в сторону Африки. Колонии животных двигались к Африке, вытаптывая все на своем пути, осушая реки, превращая джунгли в пустыни. И во главе колонны шли слоник с обезьянкой. Опутанные морщинами, припорошенные сединой. И однажды…