УРОВЕНЬ АГРЕССИИ

Спецвыпуск Xakep, номер #029, стр. 029-116-12

Казалось, что мой висок треснул по шву. Дыхание прервалось, сердце взметнулось в грудной клетке, как птица; мощь магнитной бури, отодвинутая от меня болеутоляющей таблеткой, вновь вонзилась в меня. Телефонный провод, протянутый по плинтусу, внезапно засветился ярким голубоватым светом - словно он принял в себя мою боль. Все продолжалось пару секунд.

Мне очень не хотелось потерять контроль над ситуацией. Я сумел удержаться на плаву, вцепившись руками в подлокотники; костяшки пальцев побелели, руки свело серией судорог.

Потом все ушло. Будто на электрический стул перестали подавать ток. Я в последний раз вздрогнул и обмяк, словно студень.

Ссылка исчезла со страницы.

Я попытался увидеть вновь того человека, читающего на диване, - безрезультатно. Зато я очень ясно представил (именно «представил» - ибо это уже имело отношение скорее к банальным переживаниям), как где-то далеко играет в песочнице ребенок в красной шапочке. А ведь это мог быть мой не родившийся сын от не вовремя ушедшей жены...

В тот день пуля больше не шевелилась.

4.

Я долго не знал - плакать мне или радоваться. Приобрести необычные способности - кому этого не хочется? Кто не мечтал о том, чтобы владеть телекинезом, читать мысли на расстоянии, левитировать? И это я еще называю одни из самых экзотических и желаемых возможностей. А сколько существует всякого рода мелочей, которыми человек жаждет обладать?

«Я сам из тех, кто спрятался за дверь, кто духом пал и не во что не верит...» Эти строки я не раз примерял на себя после выписки из больницы. Я уже морально был готов провести свою жизнь взаперти, иногда встречаясь с избранными друзьями, - лишь бы укрыться со своим недугом от окружающего мира, не афишировать свою боль и свои переживания. Будучи по натуре своей человеком гордым и независимым, я был уверен в том, что чужая жалость вначале будет меня раздражать, но потом все-таки сломает.

Порой, стоя у окна и наблюдая чужую жизнь, текущую по своим законом далеко внизу, я ловил себя на мысли, что отказываться от всего этого достаточно глупо - сколько людей в мире продолжают жить, сидя в инвалидных колясках, потеряв зрение, оставшись без рук и ног. Но я был уверен, что социальной реабилитации можно подвергнуть любого из них - но ни в коем случае не меня.

Я был исключением из правил. Человеком с простреленной головой. Нельзя жить в обществе, подчиняясь календарю магнитных бурь. Меня станут бояться. Меня будут жалеть. И я шагну с балкона...

Следующие два дня были для меня сущим адом. Видимо, Солнце разошлось не на шутку, надеясь уничтожить меня своим излучением. Я провел все это время на диване, не раздеваясь, вытащив из холодильника и поставив рядом с собой в пределах досягаемости несколько бутылок минеральной воды, чтобы растворять свое любимое лекарство - я боялся, однажды очнувшись, понять, что сил двигаться больше нет.

В моменты просветления сознания, когда боль отступала, я пытался философствовать; искал и не находил объяснения тому, что со мной случилось. Каким-то невероятным образом я сумел стереть ссылку на сервере, находящемся от меня очень и очень далеко, - не используя для этого ничего, кроме указующего перста, стучащегося изнутри в мою черепную коробку.