К сожалению, эффектной развязки тлеющего уже четыре месяца конфликта, на которую так надеялась журналистская братия, не получилось. И, скорее всего, уже никогда не получится. Как не вышло и диалога между американскими устроителями выставки "Комтек" и российскими бизнесменами, совершенно законно требующими за свои кровные соответствующего выставочного сервиса.

Если внимательно рассмотреть сложившуюся ситуацию и абстрагироваться от конкретных персон и компаний-участниц конфликта, то становится немного не по себе от того, сколь высоки ставки в этой игре под названием "Компьютерные выставки в России". Слишком многое поставлено сегодня на кон.

Ва-банк пошли учредители Российского компьютерного союза, но, что, видимо, оказалось неожиданным для многих, ва-банк решили играть и американцы. Хотя в случае проигрыша они могут потерять почти все. Если же потерпит поражение РКС – потерять может целая страна.

Американская сторона заняла в этой игре единственно возможную позицию, так как отступать после публикации "Открытого письма 18-ти" (так называют его сами компании-подписанты) значило бы, что отступать придется всегда. И они просто решили подождать – результатов деятельности РКС по организации уже заявленной "истинно российской выставки". Не принимать же в качестве результатов переговоров заявления г-на Дрискола о том, что теперь в центральном павильоне будет открыта не одна дверь, а целых три, общественное питание станет отдельным для участников и посетителей, а билет на выставку будет действителен в течение не одного дня, а всех пяти. Или прикажете верить сообщению г-на Дрискола о том, что он прибыл в Москву, не имея полномочий для переговоров о снижении цены на выставочную площадь? Для чего же тогда понадобились сами переговоры, ведь основной проблемой, волнующей россиян, был вопрос о цене.

Если отбросить в сторону прирожденную дипломатичность г-на Дубовицкого и женское обаяние Марины Никитиной, старавшихся хоть как-то скрасить неуютную атмосферу, царившую за столом президиума, то самой близкой к истине окажется позиция Вячеслава Рудникова, который даже не пытался скрыть досаду от своего пребывания на переговорах: "Переговоры провалились!".

Теперь все будет зависеть от членов РКС. Если им удастся воплотить в жизнь планы по созданию действительно демократической выставки, то, скорее всего, победителями из этого противостояния выйдут они Если же проект вдруг провалится, то последствия будут печальны для индустрии в целом. Для "Комтека" это послужит сигналом, что все преграды на пути к "вытрясанию российских компьютерных долларов" в виде одиночных протестов того или иного участника выставки позади; компании же по крайней мере целую грядущую пятилетку будут плакаться друг другу в жилетку о коварстве "Комтека", но при этом исправно участвовать в нем.

В точно таком же русле, как это происходит сейчас, будет действовать и другая американская фирма – WPI, опирающаяся на международную структуру одного из крупнейших в мире выставочных операторов – Blenheim. (А то, что гнев российских компаний обращен именно на "Комтек", так это от того, что они могут пока себе позволить не участвовать в WindowsExpo или UnixExpo, не боясь потери имиджа.) В результате страна получит стопроцентно американскую индустрию (причем одну из самых выгодных), к которой российский капитал не будет иметь никакого отношения Не нами будут устанавливаться и правила игры.

Впрочем, кое-какие причины для оптимизма все-таки есть. И те темпы, с которыми растет РКС, и те финансовые возможности, которыми располагают входящие в него фирмы (по крайней мере те из них, которые занимают активную позицию в конфликте), и, наконец, высококлассный менеджмент, сосредоточенный в этих компаниях, позволяют надеяться, что новая выставка действительно состоится. И по представительству сможет стать даже "круче" "Комтека", потому что, в отличие от "Комтека", у нее нет противников (американцы, к счастью, пока не заявляют: "кто не с нами, тот против нас"). Причем вопрос организации самой выставки, скорее всего, отойдет на задний план, потому что национальное самосознание все еще присуще россиянам.

Итог? Он очевиден: прежде всего, выиграет компьютерная индустрия в целом. В лучшем случае мы будем иметь целых две, а может быть, и три высококлассные выставки.

В худшем – одну, но свою. И, что очень важно, не преследующую цель "слупить" побольше, так как "лупить" придется с самих себя.

И напоследок еще одна мысль, укладывающаяся пока в логические схемы. Если Российский компьютерный союз твердо решил создать собственную выставку, то для чего все эти разговоры о снижении цен? Ибо когда я продаю компьютер за тысячу долларов, а сосед продает точно такой же, но за две, мне трудно представить себя в роли предводителя общественности в борьбе за снижение цены у соседа. Или действительно настолько актуален анекдот о "новом русском", который, хвастаясь перед приятелем покупкой галстука за 500 долларов, получает ответ: "Ну и дерьмо. Я точно такой же за 700 купил!".

А может, все это из-за русского коварства, и вскоре уже сам "Комтек" будет предпринимать отчаянные, но безуспешные попытки снизить цену на свои выставочные площади?